Наплевать и забыть или присоединиться?

Мужчина и женщина. Это вечная тема. В ней и любовь, и семья, но и такое, что вполне подпадает под нашу рубрику “Достало!”. Не простой это дуэт. Нередко конфликтный. Как раз об этом любопытная статья Дмитрия Гололобова, которую я нашел вчера в Телеграм-канале и предлагаю прочитать и вам.

Речь идёт о таком, достаточно популярном в социальных сетях движении, как Me Too (Я тоже).
“Я тоже” – это значит тоже осуждаю
осуждении сексуальные домогательства, приставание или харрасмент. Тема щепетильная, но вполне актуальная даже для нас, где приставания и ухаживания чаще всего неразличимы, а домогательства становятся таковым только тогда, когда уже, что называется через край…

И всё же проблема существует.  И есть резон о ней поговорить…

Во-первых, я очень рад, что большая часть моей сознательной половой жизни прошла, когда об этом движении еще не только никто не слышал, но даже очень умные люди не представляли, что можно дойти до такого абсурда…

Во-вторых, разумеется, у мужчины нет права хватать каждую понравившуюся ему женщину за выступающие части тела и предлагать ей немедленно вступить в половую близость. Однако, если женщина на работу одевается, как “девушка низкой социальной ответственности”, то какие бы законы и правила не вводились, относиться к ней будут соответственно. Законодательство еще не скоро дойдёт до обязательного мониторинга разговоров в мужском туалете, курилке и в ближайшем пабе после работы. Женскую репутацию не может защитить никто, кроме самой женщины. “Сучка не захочет, кобель – не вскочит”, – со знанием дела писал классик советской литературы.

В-третьих, даже в очень и очень развитых странах и компаниях с очень строгим этикетом масса женщин совершенно объективно делает себе карьеру, если и не через постель, то точно “через внешность”. Даже самым замшелым партнёрам крупнейшей юридической фирмы приятно находиться в одной комнате и изрекать умные вещи в присутствии блондинки с большим бюстом и глубоким декольте (они, правда, в этом никогда не признаются). Просто так работает мужская физиология и её изничтожить законами пока невозможна. “Красивые женщины мешают музыкантам, а уродливые – мне” – говаривал один великий дирижёр. У любого, даже самого ответственного мужика, упадёт производительность труда, если он будет постоянно окружён страшными ворчливыми грымзами. И никакой бонус не поможет.

В-четвертых, очень и очень многие женщины в современном “мире чистогана”, если еще не освоили, то активно осваивают стремительно развивающиеся технологии извлечения всевозможных выгод из общей одержимости meetoo. Добропорядочные мужчины с семьями и многочисленными детьми реально боятся шантажа: возможно, после многомесячных расследований твою невиновность и установят, но, как говорится, осадочек останется. И не у всех жены добрые и понимающие. Так что, почти всегда легче и безопасней заплатить. Хотя бы частично. Мне встречались выступления некоторых депутатов Парламента, лордов, бывших министров, которые, практически рыдая, рассказывали, как их жизнь была разрушена подозрениями в сексуальных домогательствах, которые якобы имели место десятки лет назад. И никто никакой компенсации не получил. В этом плане российский уголовный кодекс с его “сроками давности” смотрится чуть ли не величайшим актом гуманизма и здравого смысла.

В-пятых, борьба с харрасментом “на рабочем месте” должна носить сугубо системный характер. То есть, за провоцирующее поведение и провоцирующий вид нещадно должны наказываться лица обоих полов безо всяких исключений. Но, естественно, без перехлестов, когда встречи руководителя с сотрудницами “моложе тридцати” (вот тут очень сильно обиделись все сорокалетние “секс-бомбы локального значения”) подвергаются видеомониторингу и просмотру службой безопасности совместно с HR.
Как итог, система защиты от харрасмента должна обязательно обеспечивать не только эффективную защиту потенциальных жертв и тех, кто уже пострадал, но и защиту тех, кто может оказаться объектом необоснованного преследования. Поэтому, обвинения в харрасменте должны или иметь формальный срок давности, либо детально исследоваться судом на предмет возможного нарушения прав обвиняемого, предусмотренных ст 6 Европейской конвенции (право на справедливое судебное разбирательство). Если “жертва” безо всяких на то оснований молчала о попытке харрасмента лет десять, не сообщив об этом ни полиции, ни работодателю, ни специальным органам, ни психологу, ни иному врачу – т.е. незаинтересованному третьему лицу, которое могло бы подтвердить, что жертва хотела заявить о случившемся, но, в силу определенных обстоятельства, не смогла, то ее обвинения должны восприниматься, как необоснованные. А публичные заявления, направленные на разрушение чужой репутации или шантаж, должны влечь уголовную ответственность.

 

Просмотров: 103

Рейтинг
( Пока оценок нет )
Загрузка ...
Околица